Большую часть своей истории Cartier использовал сеть независимых мастерских для производства ювелирных изделий, часов, наручных часов и декоративных предметов. Такая система была стандартной практикой среди великих парижских домов: дом разрабатывал дизайн и осуществлял розничную продажу, в то время как ателье-подрядчики производили изделия. Со временем, однако, картина усложнялась. Лондонский филиал развил значительные собственные производственные мощности с 1920-х годов, нью-йоркский филиал частично перевел производство внутрь, и даже Париж в конечном итоге двинулся к большему внутреннему контролю с 1930-х годов. Отношения между Cartier и его поставщиками никогда не были простой аутсорсинговой схемой; это была меняющаяся экосистема подрядных мастерских, эксклюзивных партнерств и собственных мастеров, которая развивалась по-разному в каждом городе.
Париж: Ювелиры-золотых дел мастера
Две мастерские доминировали в производстве ювелирных изделий Cartier Paris в конце девятнадцатого и начале двадцатого веков. Анри Лавабр, работая в своем ателье на улице Тикетонн, стал, пожалуй, крупнейшим поставщиком фирмы. В 1906 году он подписал пятнадцатилетний эксклюзивный контракт с Cartier, необычное соглашение, которое привязывало всю его мастерскую к одному дому. Лавабр изготавливал все виды предметов, от тиар до часов, из золота и эмали. Его клеймо производителя встречается на задокументированных изделиях, начиная с периода Гирляндного стиля и заканчивая периодом Ар-деко, включая тиару 1913 года, ныне хранящуюся в Музее Виктории и Альберта.
Анри Пик был другим основным ювелиром-золотых дел мастером, специализирующимся на ювелирных изделиях высокого класса. Его клеймо встречается на изделиях Cartier примерно с 1900 по 1915 год, включая платиновые и бриллиантовые украшения периода Прекрасной эпохи. Он также участвовал в создании пасхального яйца в стиле Фаберже 1906 года, которое сейчас находится в Метрополитен-музее.
Вместе Лавабр и Пик отвечали за физическое создание большей части того, что мир воспринимал как «Cartier» в течение десятилетий становления фирмы.
Париж: Специализированные поставщики
Помимо основных ювелиров-золотых дел мастеров, другие парижские ателье поставляли готовые изделия в своих областях специализации:
- Rubel Freres поставляли готовые ювелирные изделия парижскому филиалу, производя цельные изделия по дизайнам Cartier.
- Strauss, Allard et Meyer (клеймо «SAM») специализировались на лаковых, эмалевых и шинуазри футлярах-несессерах. Они поставляли изделия Cartier New York с 1912 года.
- Verger Freres производили футляры-несессеры, портсигары и небольшие предметы, часто из лака и эмали.
Эти фирмы были независимыми предприятиями со своими собственными клеймами и своей историей. Когда сегодня изделие Cartier появляется на аукционе, специалист, осматривающий металлическую работу, часто обнаруживает два клейма: розничную надпись Cartier и клеймо производителя мастерской, которая его изготовила.
Париж: Часовщик
Морис Куэ занимал уникальное положение. Его мастерская на улице Лафайет, 53, основанная в 1919 году при поддержке Cartier, производила загадочные часы и часы-портики, которые являются одними из самых технически амбициозных объектов, когда-либо предлагавшихся фирмой. Механизм загадочных часов, в котором стрелки, казалось, парят в воздухе внутри хрустального циферблата, требовал сочетания часового дела, огранки хрусталя и декоративной металлообработки, которое ни одна другая мастерская не пыталась реализовать в том же масштабе.
Париж: Поставщик механизмов
Эдмон Жэжер и его фирма Jaeger-LeCoultre поставляли ультратонкие механизмы Cartier с 1907 года. Отношения начались, когда Луи Картье бросил вызов Жэжеру, предложив создать механизм, достаточно тонкий для плоских наручных часов, которые он хотел разработать. Полученные механизмы приводили в действие Tank, Santos и большую часть раннего производства наручных часов Cartier.
Лондон: Собственное производство
Лондонский филиал пошел по иному пути, нежели Париж. В то время как парижское отделение полагалось на внешние ателье, Cartier London с 1920-х годов перешел к собственному производству. English Art Works (EAW), изначально независимая фирма под руководством Луи Дево, настолько тесно интегрировалась с лондонским филиалом, что в конечном итоге заняла помещения в самом здании на 175 Нью-Бонд-стрит. EAW производила ювелирные изделия, корпуса часов и предметы, обеспечивая Лондону производственные мощности под собственной крышей, чего в Париже не было до более позднего времени.
Wright & Davies, отдельная фирма в Клеркенуэлле, изготавливала корпуса часов, которые определяли самый отличительный период лондонского филиала под руководством Жан-Жака Картье в 1960-х и 1970-х годах. Crash, Pebble и геометрические формы корпусов (Восьмиугольный, Десятиугольный) — все они были изготовлены вручную в Wright & Davies, а затем доставлены на Нью-Бонд-стрит для установки механизмов мастером-часовщиком Эриком Дентоном. Лондонская модель была ближе к вертикально интегрированной мастерской, чем Париж когда-либо был в период семейного владения.
Нью-Йорк и дальнейшая эволюция
Cartier New York также развил некоторые производственные мощности, хотя он продолжал в значительной степени полагаться на изделия, поставляемые из Парижа. Нью-Йоркский филиал содержал собственную мастерскую для ремонта, переделок и некоторого оригинального производства, в то время как импортировал готовую продукцию и незакрепленные камни из Парижа для своей американской клиентуры.
К 1930-м годам даже парижское отделение менялось. Чистая модель подрядчика эпохи Лавабра уступила место более тесной интеграции, при этом некоторые мастерские физически перемещались ближе к собственным помещениям Cartier или непосредственно в них. Тенденция к внутреннему производству ускорилась после того, как семья продала бизнес в 1960-х и 1970-х годах, и объединенный Cartier постсемейного периода в конечном итоге перевел большую часть своего производства на собственное.
Дизайнеры
Независимо от того, было ли производство внутренним или внешним, дизайны создавались собственными сотрудниками Cartier: Шарлем Жакко и Александром Женеем в Париже, Пьером Лемаршаном (броши с пантерами и птицами), Рупертом Эммерсоном и Деннисом Гарднером в Лондоне. Дизайнер рисовал; мастерская строила. В Лондоне, где EAW физически находилась внутри здания, граница между дизайном и исполнением была короче. В Париже, где внешние ателье работали по подробным чертежам и восковым моделям, разделение было более формальным.
Чтение клейм
Для коллекционеров и исследователей клеймо производителя на металлической работе часто является ключом к пониманию того, когда, где и кем на самом деле было изготовлено изделие. Изделие, несущее как розничную надпись Cartier, так и клеймо производителя Лавабра или Пика, рассказывает иную историю, нежели то, что было полностью изготовлено внутри English Art Works. Растущее научное внимание к этим клеймам, отчасти благодаря специалистам аукционных домов и независимым исследователям, начало восстанавливать идентичности мастерских, которые розничное имя долгое время скрывало.
Источники
- Франческа Картье Брикелл, The Cartiers (Ballantine Books, 2019)
- Ганс Наделькофер, Cartier: Jewelers Extraordinary (Thames and Hudson, 1984; переиздание 2007)
- Джуди Рудо, Cartier 1900-1939 (British Museum Press, 1997)
