В 1904 году, когда 29-летний Louis Cartier позировал — а точнее, гордо возлежал — для этого наброска известного художника Emile Friant, его звезда стремительно восходила.
Несколькими годами ранее, когда он присоединился к своему отцу Alfred в семейном деле, Cartier был малоизвестным местным ювелиром, продававшим всевозможные украшения, часы и редкости, закупавшиеся у внешних мастерских.
С тех пор Louis не терял времени даром: во-первых, он согласился (пусть и неохотно) на выгодный с финансовой точки зрения устроенный брак с внучкой самого знаменитого модельера в мире; затем помог перенести Cartier на престижную Rue de la Paix (во многом благодаря этому несчастливому, но стратегически успешному браку — не случайно, что Maison Worth его тестя располагалась всего в паре дверей); и наконец, представил то, что сам назвал «лестным стилем Cartier».
«В прошлом искусство ювелира состояло лишь в том, чтобы собрать вместе красивые камни, — объяснял Louis. — Мы хотели вернуться к более ранним традициям и придать украшениям более художественный характер, одновременно их осовременив».
Этот неповторимый стиль в сочетании с экспериментами по использованию платины в качестве оправы для бриллиантов произвёл революцию в ювелирном мире. Он также выделил Cartier на фоне конкурентов в глазах лучших клиентов мира. Неудивительно, что Louis выглядит чуть ли не самодовольным: «В творческом отношении он был гением», — вспоминал мой дедушка о своём дяде.
«Но назвать его скромником тоже не получится, скажем так!»
Подробнее об этом блестящем, сложном, нередко невыносимом, но горячо любимом Louis — в книге.
Галерея изображений
Эта статья переведена с английского языка. Просмотреть оригинальный текст на английском
